сочные краски в работах дизайнерского дуэта Diamond & Baratta

Когда нужно привести в пример образцово красочный интерьер, одними из первых в голове возникают изображения ярких и экстравагантных проектов культового дизайнерского тандема Diamond & Baratta. Уильям Даймонд и Тони Баратта объединились в 1981 году и плодотворно работали вплоть до 2012 года, когда Даймонд удалился от дел, а Баратта занялся сольной карьерой. В 2015 году Уильям Даймонд ушел из жизни, но в наследство мировому дизайну он оставил множество колоритных работ, выполненных в уникальной стилистике совместно с другом-дизайнером.

Тони Баратта и Уильям Даймонд

Тони Баратта и Уильям Даймонд

Интерьеры этого дуэта не просто живописны, их цветовую гамму часто можно назвать избыточной. Но вот что удивительно: интенсивные краски и их неожиданные сочетания, вовсе не уменьшают целостности проектов Даймонда и Баратты. Да, любитель монохрома может быстро устать в этих насыщенных пространствах, но уж если туда попадет поклонник сочного колорита, его ожидает настоящее визуальное пиршество.

В работе дизайнеров было условное разделение обязанностей. Уильям Даймонд был сильным колористом, и креативные цветовые концепции – это как раз его рук дело, как и неизменное присутствие в проектах его любимых голубых оттенков. Баратта же больше интересуется составлением стилистических миксов и разработкой нестандартных архитектурных приемов.

Но вернемся к самым известным и узнаваемым работам дизайнеров. Как было упомянуто выше, во Флориде любят голубой цвет. Очень любят. Чтобы сильно не выпадать из окружающего контекста, но все-таки выглядеть оригинально на общем фоне, Даймонд и Баратта предложили заказчикам весьма залихватское видение традиционной местной палитры.

Дом во Флориде

Дом во Флориде

Голубой цвет здесь не струится, а выливается на владельцев дома и их гостей бурными жизнерадостными потоками. Однотонные заливки стен или узорчатые принты, в которых пару голубому составляет бодрая зелень, – каждое помещение получается уникальным, почти экзотичным, но без выраженного ориентального привкуса. А яркое солнце, круглый год врывающееся в окна, заполняет пространство знаменитым флоридским позитивом.

Совсем иной характер голубой цвет приобретает в нью-йоркских проектах дизайнеров. Почти прозрачная лазурь, оттененная глубокими оттенками синего и темным деревом, играет в многочисленных глянцевых поверхностях особняка на Манхэттене.

А в этом доме в пригороде Нью-Йорка голубой прекрасно уживается с оранжевым и подшлифовывается черно-белой графикой.

История создания этого интерьера на Лонг-Айленде почти курьезна. Его владелица обратилась к дизайнерам, прекрасно зная об их пристрастиях к колористическим излишествам, но прямо с порога заявила, что из всех цветов признает только бледно-голубой, и активным орнаментам в ее доме не место. И посмотрите, как хорошо Даймонд и Баратта воспитали строптивую заказчицу. Впрочем, декоративной основой стал все тот же голубой.

Но не стоит думать, что дизайнеры колдовали только над лазурными палитрами. Их работа в Пенсильвании строится на нежно-зеленом, который, правда, нет-нет, да и переходит в отдельных помещениях в неизменный голубой.

Уважают они и красный. Например, этот дом в Вашингтоне они украсили настолько активными принтами с красной основой, что адепты минимализма могут только зажмуриться.

Да и собственный дуплекс Баратты во Флориде сражает цветовыми вибрациями прямо с порога. Именно Даймонд уговорил друга «разукрасить» интерьер квартиры в Майями, которую Баратта купил для периодических наездов в курортный штат. Дизайнеру она досталась в типичных для флоридской стилистики розово-голубых тонах, но отнюдь не той сочности, которую предпочитали дизайнеры. Друзья взялись за дело с таким рвением, что хозяин квартиры позже признавался: во время ремонта он несколько раз испытал приступы тошноты. Но это все мелочи по сравнению с возможностью разудалого самовыражения в собственном каникулярном жилище.

Справедливости ради нужно отметить, что квартира Баратты на Манхэттене не отличается цветовым максимализмом, чего не скажешь о ее стилистическом коктейле, замешанном на эпатажных деталях, ироничных гиперболах и своеобразной сюрреалистичной игривости.

Даймонд тоже решил отдохнуть от ярких красок, променял их на натуральные цвета природы и погоды за окнами и оформил свой пентхаус в самой сдержанной гамме. Неизменным остался только его любимый голубой цвет, но выбранные им оттенки далеки от насыщенной лазури или бирюзы. Стены серо-голубых тонов мягко сливаются с панорамным остеклением, сквозь которое в интерьер просачивается небо.

Портфолио Уильяма Даймонда и Тони Баратты можно показывать до бесконечности и до бесконечности любоваться игрой красок и переходами оттенков, сложными узорами, которые, словно кусочки пазла, складываются в целостные, гармоничные и отменные интерьерные картины.